Среда, 16 Января 2019, 19:31
Приветствую Вас Гость | RSS

История и истории

Категории раздела
Меню сайта
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 13
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа

Каталог статей

Главная » Статьи » Черниговская губерня » Ярыловичи (старые и новые)

Формирование территории Гомейской волости в составе Великого княжества Литовского (до конца XV в.) часть 3

При описании пределов черниговской территории (осуществляется посредством перечисления принадлежащих к Чернигову сел) в «Реистре границ черниговских» упоминается и «от Гомя граница»[119]. Пограничным с Гомейской волостью было село Листвен. С него и начинается реестр. Следующее названное село (Гореск) определяло уже чернигово-стародубский рубеж. Однако тут можно сделать вывод, что где-то до этого села заканчивалась территория Гомья. Оба села существуют и в настоящее время. Листвен (Великий Листвен) находится на р. Крюковой, правом притоке Снова. Гореск (Горск) расположен на правом берегу р. Снов к северо-востоку от Листвена. Следующее, названное в реестре черниговское село - Боровичи - уже не пограничное. Его можно найти ниже по течению р. Снов от Гореска[120]. Остальные черниговские села были далеки от гомейской границы.


Таким образом, данные «Реестра границ черниговских» крайне немногочисленны. Более полезным оказывается «Реестр любецкий», в котором действительно описываются границы, а не просто перечисляются села, некоторые из которых являются пограничными[121]. Отдельная часть данного документа посвящена непосредственно гомейской границе с Любечем. Граница описывается очень подробно, только, к сожалению, многие ключевые населенные пункты невозможно найти на карте.


Итак, от гомейских Игоревич (Огоревщины) гомейско-любечская граница шла к р. Уте (левый приток р. Сож), оставляя на любечской стороне [/b]Яриловичи [/b](Яриловцы, Ери(с. 53)ловичи)[122]. Последние, несомненно, тождественны современному селу [/b]Старые Ярыловичи[/b] у левого берега р. Сож в нижнем ее течении чуть выше (севернее) устья р. Немыльни[123]. Яриловичи находятся довольно далеко от р. Ути, но, видимо, в данном регионе, редким встречающимся населенным пунктам принадлежали большие пространства, а полосы неосвоенных земель служили условными границами между ними.


От р. Ути граница переходила в Сож и следовала, придерживаясь течения реки, до Соколего (Соколского) гнезда. У последнего граница отрывалась от р. Сож и шла «поперекъ три мили» к Колодчичам к Серебронскому езу на Днепре[124]. Ценное указание для поиска линии границы - это три мили между Днепром и Сожем, которые отделяли гомейские земли от любечских. Их можно разместить между Днепром и Сожем на довольно значительном расстоянии, начиная от устья р. Уть[125]. Тем не менее, конечная точка отрезка гемейской границы - (Колодчичи) - известна (см. ниже).


В описании любечско-черниговской границы интересен фрагмент, где идет речь о последнем ее отрезке: «Сухии Вир - то останок границ черниговских з любецки(с. 55)ми»[126]. Очевидно, от р. Сухой Вир (левый приток Сожа) начинались гомейские земли и шла гомейско-черниговская граница.


Во втором варианте любечского реестра сверх описания границ дополнительно перечисляются пограничные селения. Так, напротив любечских Познаховичей называется Слободка, «село гомеиская»; напротив панских[127] Яриловичей - гомейские Марковичи. Колодчичи на Днепре заявлены принадлежащими пополам Любечу и «Сенскому»  - князю Ивану Григорьевичу Сенскому[128], речицкому землевладельцу. Из всех указанных сел уверенно локализуются Яриловичи, Марковичи и Колодчичи. Два первых села известны также из «Реестра ревизии господарской Гомейской волости» 1560 г.[129] Село Марковичи находилось чуть южнее р. Терюхи (левый приток Сожа) в среднем ее течении. (Именно так обозначает место села на своей карте М.Ф. Спиридонов[130], но, возможно, с учетом данных документа 1560 г., данная локализация будет в дальнейшем пересмотрена). Рядом, юго-восточнее, располагалось село Яриловичи (см. выше). Колодчичи, в качестве речицкого села, упоминаются в 1541 г. Тогда князь Иван Сеньский с речицким наместником (?) князем Дмитром Видиницким отстояли село от претензий речицких мещан[131]. М.Ф. Спиридонов отождествляет Колодчичи с населенным пунктом Холмич (современный Холмечь), который уже в конце XVI в. являлся местечком[132]. Причины такого сопостав(с. 56)ления, к сожалению, неизвестны. Рядом находится деревня Колочин, давшая название археологической культуре. Определенное сходство названий Колочин - Колодчичи (Колотчичи) позволяет предположить и тождественность двух населенных пунктов[133].

Итак, гомейская граница широкой дугой огибала территорию Любечской волости, направляясь от р. Сухой Вир на север через другие притоки Сожа Немыльню и Терюху до р. Уть. Реки Уть и Сож определяли другие отрезки границы, а почти у самого устья Сожа граница переходила к Днепру. В итоге значительная часть Любечской волости оказывалась окруженной с трех сторон гомейскими территориями. Одна из частей этой территории представляла собой узкий клин с правой стороны от Сожа в направлении Днепра (рис. 4) Здесь гомейские владения должны были встречаться с речицкими. Однако, вполне вероятно, этого не происходило.


Можно думать, что, утратив в 1508 г. Любеч, Великое княжество Московское сохраняло единственный небольшой выход к Днепру около устья р. Сож. Естественным было стремление более основательно утвердиться в районе крупнейшей водной артерии Восточной Европы, в связи с чем наблюдалось активное стремление московских властей расширить пределы Гомейского уезда до Днепра за счет Речицкой волости (об этом см. выше).


Неопределенность гомейской границы по соседству с Речицкой волостью повторялась и в контакте с черниговскими землями. Лишь условно отрезок гомейской границы можно протянуть от верховья р. Сухой Вир на восток к р. Снов. Вообще, «Реистр любецкий» таким образом характеризует описываемые границы: «А тыи границы идуть не по селом, все пущею з Днепра у Дунипръ»[134]. Большие расстояния между пограничными населенными пунктами свидетельствуют о слабом освоении территории между нижним течением р. Сож и средним течением р. Снов (правый приток Десны).


Рис. 4. Территория Гомейской волости в левобережье р. Сож (по данным XVI в.) (с. 57)


(с. 57) В районе р. Ути, там, где проходила граница Гомья с черниговскими и любечскими землями, еще в середине XVI в. были обширные леса, в котором было много «яко великого, так и малого зверя»[135]. Окрестные реки изобиловали рыбой и бобрами. В целом о регионе, который занимали реки Десна, Судость, Снов, Ипуть и Беседь с их при(с. 58)токами, А. Лазаревский писал: «Все это пространство покрыто было почти сплошными лесами, значительная часть которых в первобытном своем виде сохранялась еще в XVIII в.»[136]


Тем не менее, в любечском реестре было заявлено о незыблемости существующих границ («а вступу нетъ») и их древности («якъ была съ стародавна»)[137].

Для уточнения южной и определения восточной и северной границ Гомейской волости с ее левой стороны (по отношению к р. Сож), обратимся к «Реестру ревизии господарской Гомейской волости» 1560 г.[138] Несмотря на то, что Н.Б. Шеламанова призывает осторожно пользоваться данным источником, считая что он составлен в 1640 г.,[139] необходимо согласиться с мнением Я. Натансона-Леского, который заметил несомненное сходство территории Гомья, описанной в рассматриваемом источнике, с той, которую он выявил для Гомья до 1537 г.[140]


Подробные описания границ земельных угодий гомейских сел позволяют безошибочно определить район их размещения и либо идентифицировать с дожившими до наших дней населенными пунктами, либо обозначить примерные места нахождения. Наблюдение за порядком перечисления сел в «Реестре» 1560 г. также может способствовать некоторым обобщениям и выводам.


При рассмотрении «Реестра» необходимо обращать особое внимание на те села, которые своим положением фиксировали пределы гомейской территории. Внутренний состав Гомейской земли, в данном случае, имеет второстепенное значение.


Описание гомейских сел в «Реестре» 1560 г. начинается с Романовичей.  Находились они возле самого города, на (с. 59) противоположной стороне р. Сож у правого берега р. Ипуть. И дальше перечень продолжает придерживаться р. Ипуть: называются села Добруша (Добруш), Демьяновичи и Березцы (вероятно, современные Березки или Демьянки)[141]. Затем внимание переносится на левую сторону Ипути. Следующее село - Тростынь (Тростань) стоит уже у самой границы по соседству с московскими Бобовичами[142]. По описанию границ села фактически намечается участок государственной литовско-московской границы.


Земли села начинались от Кормы Завихвоста (?) и продолжались до р. Ипуть. Здесь еще не встречалось московских владений, определялись они далее, у реки, впадающей слева в Ипуть - Корны. Последняя на всем своем протяжении служила границей. Исток Корны совсем близко расположен к верховью р. Снов (правый приток Десны), и граница следовала от Корны прямо в Снов и вверх по его течению[143]. К Снову подступали земли московского села Микуличи, которое совсем неуверенно можно отождествить с деревней Николаевкой около села Рыловичи (в настоящее время не существует)[144]. В 14 км к востоку от Рыловичей (современное Сновское) замечаем село Рубежное, название которого, возможно, не случайно. Далее, уходя к притоку Снова речке Каменке, граница села Тростынь уже не являлась государственной.


Отрезок гомейской границы по р. Корне был, видимо, очень устойчивым. Еще в 1498 г. черниговский наместник князь Иван Богданович Глинский получил подтверждение на людей Внучковичей и Халеевичей в Стародубском (с. 60) повете[145]. Села Внуковичи и Халеевичи (несомненно, об их людях идет речь) находились чуть к северу от р. Корны, при этом последнее стояло на левом берегу Ипути. Внуковичи (Унуковичи) упоминаются в «Описании дорог из Минска на Северщину» 1534 г., но без указания владельческой принадлежности[146]. Видимо, между 1500-1535 гг. район между Ипутью и ее притоком Корной оставался по-прежнему стародубским, и изменения гомейской границы здесь не произошло.

После Тростыни можно было бы сразу обратиться к селу Рыловичи, которое тоже упоминается в «Реестре» 1560 г. в числе гомейских, но порядок перечисления сел снова переносит нас в глубину Гомейской земли. Корма, Кузьмичи (Кузьминичи) у р. Хоропути (левый приток Ипути) и Головинцы у Ипути существуют в настоящее время и без труда обнаруживаются на карте. Проблемы возникают с локализацией села Данилковичи. Только описание границ этого села позволяет с уверенностью назвать район его местонахождения - между речками Каменицей (Каменка, левый приток Ипути), Хмеленкой (левый приток Каменки), Ректой, Кривкой (притоки Хоропути?) и Цалой (Цата?). Таким образом, Данилковичи находились где-то к востоку от самого верховья Хоропути (левый приток Ипути) по соседству с селом Кузьмичи, что следует из описания границ последнего[147].


Затем перечень гомейских сел переносит нас к реке Уть, левому притоку Сожа. Описания границ группы сел, чьи земли размещались по обеим сторонам р. Сож в районе ее левых притоков Ути и Терюхи, помогают уточнить южную гомейскую границу. Земли сел Антоновичи, Лагуновичи, Прибытковичи, Марковичи, Терешковичи, Дятловичи, Утье, Носовичи плотно заполняли пространство к югу от Ипути между другими левыми притоками р. Сож, а также переходили на правую сторону Сожа. Даже село Марковичи, находящееся сравнительно далеко от левого берега р. Сож, (с. 61) имело угодья на правой стороне этой реки, по соседству с землями любечского села Исаковичи[148].


Большинство перечисленных сел располагалось с левой стороны р. Сож, по обеим сторонам р. Уть.  Только Дятловичи стояли напротив устья р. Уть на правом берегу р. Сож и Марковичи были выдвинуты южнее р. Уть, за р. Терюху. Определение границ сел Дятловичи и Марковичи имеет большое значение, так как эти поселения, очевидно, были самыми крайними в рассматриваемом регионе (Марковичи названы пограничными уже в «Реестрах» 1526 г.).


Земли и угодья села Марковичи занимали территорию по обеим сторонам р. Сож. При этом смежными с ними были земли любечских сел Исаковичи (с запада), Ериловичи (с юга) и гомейского села Дятловичи (с севера). Определить точную границу Марковичей затруднительно, так как невозможно отыскать на карте мелкие речки Селечну (приток Немыльни?) и Добрую (приток Терухи?). Тем не менее, очевидно, что земли села Марковичи находились между левыми притоками Сожа Немыльней (по источнику - Нилильна, Нигилна)[149] и Терюхой с заходом на правую сторону р. Сож. Нижнее течение Немыльни  принадлежало Любечу. Возможно, современная граница Беларуси и Украины, проходящая от Сожа через р. Немыльню, в каких-то чертах соответствовала древней ее протяженности.


Даже неполное представление о земельных границах Марковичей показывает, что само село оказывается за их пределами. Поэтому возникает сомнение в правильности принятой для Марковичей локализации. На карте Генерального штаба Красной Армии 1942 г. (масштаб 1:200 000) как раз посредине выявленной территории села Марковичи, у левого берега Сожа, указан населенный пункт с идентичным названием. Не является ли он центром округи. Весьма вероятно. Однако на карте трехверстке 1860 г. такое поселение не обозначено. И более того: новая локализация села Марковичи вступает в противоречие с определенной по «Реестру» 1526 г. гомейско-любечской границей. Получается, что граница создавала резко изогнутую линию, то под(с. 62)ступая к Сожу, то отрываясь от этой реки к ее притоку Утье и вновь возвращаясь почти к своему началу. Можно, конечно, предположить наличие двух населенных пунктов с одинаковым названием или вероятность переноса села из одного места в другое, но доказать какой-либо вариант затруднительно. Как бы то ни было, в данном случае, по отношению к «Реестру» 1560 г., очевидно местоположение села Марковичи именно у р. Сож, в окружении принадлежащих ему земель.

К правому (северному) берегу р. Терюхи примыкали, захватывая и полосу земли у р. Сож, земли с. Терешковичи. Последнее получило название, вероятно, от р. Терюхи, хоть и располагалось у устья Ути. Смежным с селом Терешковичи называются Севруки[150], которые в другом месте «Реестра» 1560 г. оказываются «на границе московской»[151]. В водоемах около Сожа село Терешковичи имело спольные (совместные) тони с селами Бобовичи и Дятловичи[152], которые сами размещались на правой стороне р. Сож.


Село Дятловичи находилось почти напротив Терешковичей. Его земли и угодья можно было бы посчитать крайними в южных пределах Гомея, но, как уже выяснилось, еще южнее и на правом берегу Сожа лежали земли с. Марковичи. Однако земли Дятловичей могли являться пограничными по отношению к Любечской и Речицкой волостям, примыкавшим с запада[153]. В самом «Реестре» 1560 г. (с. 63) об этом ничего не сказано, но такой вывод очевиден, так как дальше на запад от Дятловичей и более северных Бобовичей гомейских поселений не было[154].


В описании границ села Дятловичи упоминается топоним Орлово гнездо[155]. Нельзя ли связать его с Сокольим (Соколским) гнездом «Реистра любецкого» 1526 г.[156]? Вероятно, под названиями Орлиное и Соколье гнездо изначально скрываются действительно места гнездовки этих хищных птиц, которые были выбраны ориентирами для проведения границы. Позже возможно уже самих гнезд и не было, но так стали называть урочища, места, где они были раньше размещены. В связи с этим можно осторожно допустить тождественность обоих обозначений, так как они близки по содержанию. Впрочем, создается впечатление, что Соколе гнездо стояло недалеко от р. Сож («Сожом на низ до Соколе Гнезда»)[157], в то время как между Орловым гнездом и Сожем находились лес Охибища (Охиба) и Жезейское озеро[158]. Упомянутый лес был пограничным с другим лесом - Бортным, которое принадлежало любечскому селу Исаковичи[159].


После Дятловичей в «Реестре» 1560 г. называются села Утье и Носовичи, которые стояли (соответственно) на левом и правом берегах р. Уть. Казалось бы, сами эти два села не являлись пограничными, но земли с. Утье распространялись до р. Турюхи (Терухи)[160], а земли с. Носовичи - еще дальше - пересекали р. Терюху и достигали более южного притока Сожа - Немыльни (Немильны)[161]. Немыльня, судя по источнику, служила пределом гомейской территории.


(с. 64) Наблюдения за размещением гомейских сел в районе р. Уть показывают, что чересполосица и значительная удаленность их земель и угодий от своих центров - обыкновенное явление. Село Марковичи, возможно, вообще было оторвано от своих земель по обеим сторонам р. Сож, так как расстояние до них перекрывали владения с. Носовичи, тоже, кстати, стоявшего далеко к северу. (Безусловно, такие выводы строились исходя из современного размещения сел Марковичи, Носовичи и др. Возможно, в прошлом села были в других местах).


Другой особенностью гомейской территории в правобережье Сожа являлось то, что различные угодья (бобровые гоны и рыбные ловы) часто использовались совместно с соседними поселениями, принадлежащими к другой административно-территориальной единице. Поэтому гомейской границы как таковой здесь не существовало. Отчетливое стремление установить ее наблюдаем с московской стороны, но в 1535 г. Гомейская земля вернулась в состав ВКЛ, и, как видим по «Реестру» 1560 г., территориальное размежевание так и не было произведено.

В итоге выясняется, что данные реестров 1526 г. не соответствуют действительности 1560 г. Гомейская территория не только подходила к правому берегу р. Ути (в 1526 г. граница проходила строго по этой реке), но и располагалась южнее вплоть до р. Немыльни.


После Носовичей «Реестр» 1560 г. обращался к восточной границе Гомейской земли, где три села (Юрковичи, Озарчичи, Вага) группировались в районе р. Цата (правый приток Снова), а одно (Рыловичи) находилось отдельно - северо-восточнее у истока р. Снов.


Земли Юрковичей (Старых Юрковичей) достигали р. Жеведы (правый приток Цаты), вдоль которой проходит современная граница между Россией и Украиной. Граница села отрывалась от р. Жеведы и шла к р. Цате (правый приток Снова). Бобровые гоны, принадлежавшие селу, были и на р. Ваге (левый приток Цаты)[162].


Село Озарчичи (современное Азаричи) находилось в стороне от границы, на северо-запад от Юрковичей. А вот село (с. 65) Вага (Уваже) стояло «неподалеку от границы Московское»[163]. Название села, безусловно связано с р. Вагой (левый приток Цаты), и сама эта река, возможно, служила границей, хотя это и не было обозначено в «Реестре» 1560 г. Впрочем, и на границы села Вага не было обращено внимания, поэтому трудно сделать какое-то определенные выводы. При селе упоминалась земля Хоевская, которая может быть как-то связана со стародубским селом Фоевичи, находившимся напротив села Вага, недалеко от противоположного берега реки Вага. Возможно, маленькая речка, впадающая в Вагу, от которой получили названия стародубское село и земля гомейского села носит название Хоевка-Фоевка. Значит, гомейская территория переходила за р. Вагу, к востоку от которой можно наметить прохождение литовско-московской границы. Но это лишь предположение.


В описании повинностей боярского села Вага «на границы Московской» упомянуто также боярское село Севруки[164]. Конечно, его явно нельзя отождествлять с одноименным селом к югу от Гомья, но в других местах похожего названия не встречается.


За Вагой в «Реестре» 1560 г. названо боярское село Рыловичи[165]. Его границы в реестре снова не обозначены, и определить местоположение затруднительно. Но это, очевидно, то село Рыловичи, которое сейчас носит название Сновское и находится в самом верховье р. Снов[166]. Рыловичи, несомненно, тоже были близки к московской границе, но в «Реестре» об этом не сказано. Может быть, поэтому следует отнести гомейские владения на восток вплоть до поселения Рубежное? Это было бы тем более вероятно, если не согласиться с отождествлением московского села Микуличи с населенным пунктом возле Рыловичей Николаевкой.


Сразу после Рыловичей называется село боярское Слобода[167], и было бы логичным искать его где-то поблизости. (с. 66) Но наблюдение за перечнем сел в «Реестре» 1560 г. показывает, что они часто написаны вне всякого порядка, хотя бывает, что и группируются, скажем, вокруг р. Уть. Следующее в «Реестре» за Слободой село Бобовичи находится на правом берегу р. Сож[168], то есть фактически в противоположной стороне от Рыловичей. На большом пространстве между Рыловичами и Бобовичами затруднительно вести поиски. Важное указание «Реестра» 1560 г. на то, что Слобода стоит «на границе Московской», к сожалению, совсем не облегчает попыток определения места этого села. Только одно упоминание в описании села Носовичи «Слободицкого» боярина, возможно, позволяет придти к определенному выводу[169]. Выясняется, что «в дереве бортном бояре Гомельские, Слободицкие Тимох Тешко...» имели доступ в район р. Песочны (вероятно, современная Песошенька, правый приток Терюхи)[170]. Следовательно, где-то в стороне от среднего течения р. Терюхи и находилось само село Слобода. Тут необходимо снова вспомнить предположение об определении места Слободы в верховье р. Терухи в районе современной белорусско-украинской границы (см. выше). Весьма вероятно, что такая локализация соответствует действительности.

После Слободы «Реестр» 1560 г. описывает гомейские села на правой стороне р. Сож и в левобережье этой реки уже не возвращается. Дальнейшее использование данных «Реестра» полезно для реконструкции территориального состава Гомейского староства, созданного после 1535 г. Первоначальные границы Гомейской волости претерпели в ее западной (правобережной по отношению к Сожу) стороне значительные изменения.


(с. 67) Итак, соотнесение сведений двух источников, чьи сведения относятся к периодам до и после московского господства, дает следующее представление о границах Гомейской волости.


Южная гомейская граница, очевидно, не была устойчивой и имела возможность для подвижности за счет неосвоенных пространств. Несмотря на то, что «Реестры» 1526 г. определенно свидетельствуют о прохождении границы по р. Уть, «Реестр» 1560 г. относит пределы гомейских земель значительно южнее, к р. Немыльне. Восточнее на большом пространстве гомейская граница по обоим источникам определяется только наличием одного поселения - села Свободка-Слобода.


Восточная граница Гомейской земли лишь на начальном и конечном участках более-менее точно реконструируется. С юга села Юрковичи и Вага, а с севера - Рыловичи и Тростынь фиксировали гомейские пределы. Между этими селами, с обеих сторон р. Ваги на большом расстоянии до середины XVI в. не известно ни одного населенного пункта. Здесь, очевидно, были глухие непроходимые леса. Однако то, что гомейская территория заходила за р. Вагу, по направлению к р. Снов, доказывается наличием в этом районе села Супрунова, упомянутого в 1552 г. «В повете Речицком староства Гомельскаго село Супруново над речкою Вагою, Роговом новоназванное» принадлежало панам Плесским[171]. С названием Рогово село дожило до настоящего времени.


Северная граница Гомья от с. Тростынь до р. Ипуть проходила точно по р. Корне. На правой стороне Ипути гомейские пределы очерчиваются лишь приблизительно. Вероятно, все пространство между Сожем и ее притоком Ипутью к югу от московских Бобовичей с одной стороны и устья Беседи с другой стороны было гомейским[172]. С.М. Ку(с. 68)чиньский проводил гомейскую границу вдоль русла р. Беседь от ее устья до Потесских болот, место которых обозначает деревня Потесы (у левого притока р. Ведерни, которую исследователь назвал безымянной). Условная линия от Потесских болот до р. Ипуть (южнее Бобовичей) определяла дальнейшую гомейскую границу[173]. Все пространство к югу и юго-западу от этой линии, таким образом, было отнесено к Гомейской волости. Однако в том районе для конца XV - первой половины XVI в. не известно ни одного населенного пункта. По словам А. Лазаревского: «Заселение ипутских берегов шло медленно по той причине, что они были покрыты громадными лесами»[174].


Таким образом, на многих участках к востоку от Сожа гомейскую границу характеризует неопределенность, причем связана она не столько с молчанием источников, сколько с реальностью того времени. Вообще, заметно, что левобережье Сожа в XVI в. было охвачено активным колонизационным процессом. Гомейская волость преодолела свои узкие пределы на правой стороне р. Сож, видимо, незадолго до начала XVI в. Сравнительно узким коридором гомейская территория вышла на левую сторону Сожа, а затем по Ипути и Утье распространилась на юго- и северо-восток. При этом строго на восток от Гомея оставались нетронутые лесные пространства.


Несмотря на плотную заселенность и давнюю освоенность правобережья р. Сож, там тоже оставались районы, которых только-только коснулась хозяйственная деятельность человека. К югу от Гомья, между реками Сожем и Днепром так и не сформировалась граница с Речицкой и Любечской волостями. Однако определенные территориальные подвижки произошли. Так, согласно «Реестрам» 1526 г. гомейская территория имела выход к Днепру. Сведения же «Реестра» 1560 г. не дают подтверждения такой информации.  Кроме того, можно думать, что земли неко(с. 69)торых гомейских сел (Марковичи, Дятловичи) заняли те пространства, которые в первой четверти XVI в. номинально числились за Любечем. Гомейская территория отодвинулась к югу не только в левобережье Сожа, но и на правой его стороне.

В целом можно утверждать, что территория Гомейской земли вернулась в состав ВКЛ без изменений в той части, где были границы с московскими владениями. Новые земли Гомейского уезда (о них см. ниже) были попросту отняты от прекратившей свое существование административной единицы. В тех же районах, которые были в соседстве с землями ВКЛ (Любечская, Речицкая и др. волости), территориальные приобретения были приняты и закреплены в составе образованного Гомейского староства. К моменту ревизии 1560 г. мы наблюдаем частичное соответствие территории Гомейской волости конца XV в. и Гомейского староства середины XVI в., но лишь в соседстве с московскими границами.


Трансформация территории, принадлежащей Гомью, во время короткого периода московского господства (1500-1535 гг.) оказалась весьма значительной. Практически только один маленький участок гомейской границы вдоль левого притока Сожа речке Липе соответствовал изначальной границе Гомейской волости. Окончательно сформироваться и утвердиться новые пределы Гомейской земли так и не успели. Однако некоторые мероприятия московской администрации были восприняты властями ВКЛ при формировании территории Гомейского староства (рис. 5).


Представление о первоначальной территории Гомейской волости (то есть о территории волости до захвата Москвой) было очень устойчивым, однако посольские книги свидетельствуют о том, что к самому Гомью после 1500 г. было присоединено много сел из состава Пропойской, Чечерской, Стрешинской, Горвальской, Речицкой и др. волостей. Неуверенный характер этих присоединений сохранялся длительное время, но характерно, что после возвращения Гомья в состав ВКЛ часть их так и осталась в составе практически сразу же образованного Гомейского староства. Более того, в состав староства вошли села (с. 70) между Сожом и Днепром, которые в 1504-1511 гг. захватывали удельные князья Стародубские и на которые позже претендовали пограничные московские наместники.


Рис. 5. Территория Гомейского уезда в 1500-1535 гг. (с. 70)


Стремление московских властей достигнуть Днепра и установить вдоль него границу с ВКЛ, в принципе, не увенчалось успехом. И вот, после возврата Гомья в состав ВКЛ, территория, подчиненная Гомью, была вплотную приближена к р. Днепр.


Так, например, посол короля польского и великого князя литовского Александра Казимировича Матвей Кунце(с. 71)вич 2 июня 1504 г. среди прочего передал великому князю московскому Ивану III список с названиями волостей и сел, которые после заключения перемирия были захвачены Москвой. Среди перечисленных фигурировали горвольские и речицкие села, находящиеся у берегов р. Днепр[175]. И уже в 1560 г., согласно «Реестру ревизии господарской Гомейской волости», все упомянутые горвольские села оказались в составе Гомейского староства (волости)[176]. Речицкие села, очевидно, остались в своей волости.

Таким образом, в территории Гомейской волости (староства) после 1537 г. произошли определенные изменения, хоть в целом ее характеризовала относительная устойчивость, которую не поколебало более чем 30-летнее московское управление.


В целом территория Гомейского староства, образованного уже в 1535 г., не стала полностью тождественной прежней волости. В составе староства остались территории к западу от древней волости вплоть до Днепра. При распространении московского влияния в регионе они были либо присоединены к Гомейскому уезду, либо были временно захвачены, либо являлись лишь объектом притязаний.


Следует еще раз отметить, что серьезные территориальные изменения коснулись только западной части Гомейской земли, района между Сожем и Днепром, непосредственно примыкавшем к последнему. Тем не менее, уже этого достаточно для того, чтобы существенно скорректировать выводы О.А. Макушникова о пространственной протяженности Гомейской волости в XII-XIV вв.[177] Исследователь Гомеля перенес данные середины XVI в. (конкретно - «Реестра ревизии господарской Гомейской волости» 1560 г.) на значительно более ранний период, что, по отношению к восточной части гомейских земель со значительным обобщением и учетом колонизационного фактора, может быть, и имеет смысл. Однако представления (с. 72) о западной части Гомейской волости, безусловно, ошибочны. О.А. Макушников, опираясь на «Реестр» 1560 г., включил в число гомейских такие села, как Чоботовичи, Губичи, Скепно, Черное, Перевичи, Липиничи, Кошелево[178]. Однако все они были добавлены в состав Гомейской земли только в XVI в.


Кажется естественным прохождение древней границы Гомейской волости по водоразделу между реками Днепром и Сожем. Таковой она прослеживается и для второй половины XV в.


Представляется также неудачным использование метода ретроспекции и для восточной (засожской) части Гомельской волости. Здесь, конечно же, нужно было бы учесть фактор внутренней колонизации. Освоение и заселение территории к востоку от Сожа продолжалось в течение XV-ХVI вв. и в последующее время.


С левой стороны р. Сож (к востоку от Гомья) в Гомейскую волость вклинивались с юга любечские земли, а с севера - чечерские, оставляя для собственно гомельских земель лишь узкий коридор, который вел к значительному массиву земель, считавшемуся в XVI в. гомейским. Такая конфигурация территории Гомейской волости может свидетельствовать о том, что какое-то время она развивалась лишь на некотором незначительном расстоянии в левобережье Сожа, а затем стала распространяться на незанятые земли на юг, север и восток, огибая к этому времени приблизившиеся владения соседних территориальных образований. Можно предположить, что первоначально Гомейская волость вообще складывалась только в правобережье р. Сож, непосредственно около самого Гомья. Крупная водная артерия могла являться значительной преградой для сельского расселения и затруднять связи общины, сбор налогов и т.д. Гомейские села впервые начинают упоминаться в источниках только во второй половине XV в. Все они находились на правой стороне р. Сож. Только пер(с. 73)вая половина XVI в. дает сведения о поселениях в левобережье Сожа.

Наблюдение за расположением гомейских сел в середине XVI в. показывает, что колонизационный поток от Гомья двигался по направлению к востоку вдоль значительной водной артерии региона реке Ипути, а также по сравнительно мелким другим притокам  Сожа - Утье, Терюхе. Очевидно, ко второй половине XVI в. население преодолело водораздел между Сожем и Сновом (приток Десны) и стало расселяться на правых притоках р. Снов и в верховье самой этой реки. Таким образом, пограничный регион, каким являлась Гомейская земля, испытал территориальные преобразования, связанные не только с политическими событиями, но и с естественным процессом колонизации и освоения пустующих земель.


Восточная окраина ВКЛ в конце XV - начале XVI в.



ерритория Гомейской волости в левобережье р. Сож (по данным XVI в.)



Территория Гомейского уезда в 1500-1535 гг



Категория: Ярыловичи (старые и новые) | Добавил: alesja (09 Апреля 2011)
Просмотров: 1699 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
Поиск

Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz